Даже для тех, кто довольно далек от блэк-метала, Гюльве «Фенриз» Нагелль не нуждается в представлении. Два десятилетия он участник Darkthrone – не просто одной из самых уважаемых групп первой волны норвежского блэка, а коллектива, который большинство адептов жанра назвали бы духовной вершиной всего направления. С 1995 года, когда вышел определяющий альбом Transilvanian Hunger, Darkthrone стали дуэтом. Фенриз играет на барабанах и иногда поет. Его сообщник – Тед «Nocturno Culto» Скьеллум – играет на гитаре и поет. Они никогда не играют концертов. Они не поклоняются никому. Вместе они -плодотворный, иногда противоречивый, но всегда изумительный механизм метал-андеграунда. Тем временем Фенриз заработал репутацию неприятного сукиного сына. Известный своей неохотой давать телефонные интервью и презрением к металлическому мэйнстриму, он не признает других законов, кроме собственного мнения, но по сравнению с большинством метал-музыкантов общение с ним -теряет время на упреки в наш адрес в ответ на предположение о том, что он неохотно сотрудничает с музыкальной прессой…
«Это вздор, парень! – рявкает он. – Я даю около 70 интервью в год с 1999-го и, я думаю, этого достаточно. Я даю их все через e-mail. В 2005 году я купил компьютер, чтобы избежать телефонных интервью. Просто я не тот, кого печатают на обложках и т. д. Это не мое, я никогда не выходил за пределы андеграунда, понимаешь?»
Было время, когда Darkthrone незаметно дошли до упрямого саботажа собственной карьеры. Когда в начале 90-х поднялась норвежская блэк-металическая сцена, Фенриз случайно стал почти мифической фигурой – главным блэк-металлическим оракулом, судящим каждого, кто осмеливался объявить себя «тру» или подлинным, и иногда выдающим испепеляющие заявления со своего собственного кресла в легендарном Elm Street Cafe в Осло о том, что кто-то не соответствует его высоким стандартам. Блэк-метал фэны со всей Европы толпами стекались в норвежскую столицу, чтобы только поймать взгляд Фенриза, хмурящегося вдалеке и потягивающего пиво. Ясно, что ничего такого на самом деле не было: «Ха-ха-ха! Что общего у блэк-метала и моим потреблением пива?» -рычит он – но это объясняет, почему Darkthrone недавно стали внедрять элементы хардкор-панка и традиционного хэви-метала в свое фирменное звучание. Решение Фенриза более плотно сотрудничать с масс-медиа вызвало некоторые споры среди тех энтузиастов блэк-метала, что и спать ложатся в корпспейнте.
«Ребята рассказывали, будто в народе говорят, что сейчас я предаю блэк-метал, – устало говорит он. – Для меня это изоляция стиля в 90-х, полная и абсолютная тоталитарность блэк-метала, вот эти люди предали блэк-метал 80-х и дух 80-х, откуда я вышел. Люди думают, я сижу в башне из слоновой кости, но с 2004 года я полностью вернулся к андеграунду, будто мы снова оказались в 80-х. Я по-прежнему в той
эпохе. У меня никогда не было цели воспарить над землей». Как в случае с работой 2006 года The Cult Is Alive и прошлогодним F.O.A.D., новый альбом Darkthrone Dark Thrones And Black Flags, кажется, специально создан, чтобы задеть пуристов сцены. Каждый фрагмент сырой, грязный и бескомпромиссный, звук Darkthrone эволюционировал – вернее, регрессировал – до того, что радостно разбил последние иллюзии давних фэнов о том, как сильно группа стремится оставаться в роли блэк-метал-идолов. «Я не понимаю, почему мы до сих пор в экстремальном разделе, поскольку мы не играем ничего быстрее, чем Yardbirds в 60-х! – говорит Фенриз. – Мы никогда не играли быстрее, чем Bathory в 80-х. Наш экстремизм основан на факте, что мы отвергаем современный мир, шоуменство и студийные звуковые примочки. Я действительно не понимаю, что в этом такого экстремального». В старые времена альбомы Darkthrone были глубокомысленными и загадочными, с текстами, зачастую на норвежском, которые мало указывали на какую-то определенную философию или идеологию. Сейчас, особенно когда группа вступила на более панк-ориентированную территорию, они -прямолинейнее некуда. На первом треке Dark Thrones… ,The Winds They Called The Dungeon Shaker Фенриз не церемонится с текущими трендами в тяжелой музыке: «Мы старше и мудрее, и андеграунд процветает! – рычит он. -Но позеры все те же со своей металлической ложью!»… «Я пою о сцене и о политике на ней, – заявляет он. – Поем ли мы о том, что происходит в мире? Да, но метал- и рок-сцена, уже сама по себе целый мир! Я пою об этом на этой записи и о том, как меня достало то и другое. Я называю это «уличные тексты», просто, чтобы бесить людей. Ха-ха-ха!» В музыкальном плане очевидно, что Darkthrone сделали сознательное решение радикально изменить свой звук, начав упражняться в этом на альбоме 2003 года Hate Them и на его последователе Sardonic Wrath 2004 года, и затем дошли до полного уничтожения всего, что было дорого элитарным шутам, на The Cult Is Alive 2006-го. В случае с Darkthrone часто бывает, что истинные причины изменений не столь таинственны, как объясняет Фенриз. «Проблема в том, что у меня была депрессия с 1998 по 2001, и я написал всего три песни за этот период, – говорит он. – Теду пришлось вести корабль, также как я делал, когда мы создавали Panzerfaust и Transilvanian Hunger. Но потом я вернулся на Hate Them и еще более на Sardonic Wrath и уже совсем оклемался на последних трех альбомах. Наверное, люди думают: «0К, сейчас все изменилось», потому что они уже привыкли к стилю Теда. Всегда бывает несколько плохих отзывов, даже когда мы вовсе ничего не меняем. Оскар Уайлд говорил, что пускай лучше люди хоть что-нибудь говорят о тебе, чем вообще ничего». Фенриз несомненно устал оттого, что его не понимают. Благодаря их бесспорной значимости во времена рождения и расцвета норвежского блэка, Darkthrone постоянно ассоциируют со стилем музыки, с которым у них никогда не было ничего общего. Ранее, такие ключевые альбомы, как Transilvanian Hunger и Under A Funeral Moon, возможно, породили поколение групп с близкими точками отсчета, но все эти болваны в корпспейнте, устремившиеся по их мрачным следам, совсем упустили то, что честность и простота всегда присутствовали в том, что делали Darkt «Похоже то, что они сейчас называют блэк-металом, это смесь одежды в стиле Emperor и того,
что мы делали на Transilvanian Hunger, – говорит Fenriz. – Внезапно это оказалось очень далеким от того, кто я есть, и от моей сцены. Все происходит от чего-то еще, и я понимаю, что детям хочется пошалить, и они прогуливают школу, но когда 30-летние люди не знают своей истории, то мне не нужно никакого дерьма от них!»
Эавний отказ Darkthrone подстраиваться под требования большей части современного экстремального металла отдалил их от сверстников и более молодых последователей. Записанный на собственной портостудии без излишнего уважения к современным тонкостям технологии, Dark Thrones… подтверждает стремление группы к lo-fi. Тем ребятам, которые только открыли для себя группу, такие песни, как Hiking Metal Punks, покажутся невероятно грубыми демо. Тем же, кто вырос вместе с Фенризом, Darkthrone просто покажутся последней линией обороны против ползущей бездушной однообразности современного метала.
«Мне жаль молодых ребят, – вздыхает Фенриз. – В 80-х большинство андеграундных групп не выбирало странный или сырой продакшн. Они хотели жирный звук, но студии были охренительно дорогими. Однако в 1989 и 1990 что-то изменилось, и внезапно вы действительно стали иметь возможность получить профессиональный звук за 1,000 фунтов. То, что мы и сделали на нашем первом альбоме».
Слушая Soulside Journey, превосходный, но какой-то аномальный дебютный альбом Darkthrone, не сложно понять, почему группа предприняла такой радикальный шаг в сторону на следующем диске, невообразимо сыром и какофоничном A Blaze In The Northern Sky. Как бы
ни был хорош Soulside Journey, он звучал очень похоже на то, что делали Entombed и многие другие честолюбивые дэт-метал-группы в Швеции. И вот в чем суть Darkthrone, особенно сегодня. Фенризу на самом деле все равно, что делают другие группы. Он просто хочет, чтобы в металле была индивидуальность, оригинальность, страсть и воодушевление, а не пустоглазое испуганное выражение менталитета овцы.
«Мы учились на своих ошибках, – заявляет он. – Мы звучали слишком обычно. В 90-е, если ты не стремился к этому бездушному профессиональному звуку, то у тебя были трудные времена. Этот полуфабрикатный продакшн – все, что известно сегодняшней молодежи. Я вырос на Motorbmath от Metallica и раннем Voivod».
Согласны ли вы с мнением Фенриза насчет современного металла или нет, но металлическая сцена без Darkthrone, бесспорно, малопривлекательна лишь потому, что в век конформизма и засилья групп нам больше, чем когда-либо, нужны личности, мнения и страсть. Хорошая новость в том, что Darkthrone выстоят, так как они существуют за пределами обычных правил и ограничений металла. Они просто существуют, прячась в тени, создавая самый грубый шум, который только могут, и напоминая каждому, что андеграунд остается самым интеллектуальным местом.
«Просто не заставляйте нас делать самый лучший металл, на который мы способны, -смеется Фенриз. Потому что тогда мы начнем играть каверы Watchtower! Просто позвольте нам ошибаться и быть грязными. В этом наша сила!»
loading...
Тэги: Darkthrone